No

При моём абсолютном неприятии режиссёрского языка Пабло Ларраина, у меня проявилась вера и даже какая-то гордость за этого режиссёра. Снять такой фильм непросто чисто с моральной точки зрения, даже в 2012-ом году. События, о которых знают все, но о которых не особо-то хочется вспоминать. История, написанная самой жизнью, которая, как известно, лучший драматург. Мне было довольно скучно смотреть за всеми перипетиями этой медиа-войны на фоне войны настоящей, но финал с выходом героя Берналя к толпе расставил точки над i. Внезапно пришло понимание, насколько важно подобное кино. В условиях непрочного политического строя – просто необходимое.

Объективно очень сильное кино, которому, к сожалению, никогда не суждено потерять актуальность, но Ларраин, судя по всему, просто не мой режиссёр по стилю. Хотя за ряд сцен невозможно его не уважать, до одури всё знакомо.

Гениальная работа уже современного классика Пабло Ларраина про то, что можно смочь, если захотеть.

Не скажу, что история сильно зацепила, но стилизация и воссоздание эпохи отличные.

Можно посчитать, что это фильм о том, как реклама и видеоклипы победили диктатуру. Это даже проще всего. Да и этот политический момент из чилийской жизни конца 80-х гг. является важной частью картины. Хотя небольшое недопонимание ситуации со стороны отечественных зрителей, судя по отзывам и рецензиям, всё же возникло. Многие посчитали, что США вынудили Пиночета провести референдум, но он и до этого был прописан в Конституции и проводился не в первый раз. Единственное, к чему его принудило "международное сообщество" - это дать 15 минут телеэфира в день в течении месяца для оппозиции. Небольшая формальность, которая ничего не решала. Но именно их и хватило для того чтобы пошатнуть режим.
Правда, для этого пришлось прибегнуть к помощи безэмоционального, аполитичного рекламщика, для которого, в принципе, не важно на кого работать. Главное, чтобы его продукт был сделан качественно и смог продать товар. Таким образом, несмотря на первый слой фильма "Нет", посвященный сдвижению Пиночета с его позиций вечного президента, дополнительно появляется мотив манипуляций человеческим обществом путём языка рекламы. А судя по тому, что наснимали рекламщики в этом фильме, это даже можно назвать языком кино. И позитивная, весёлая реклама, в которой по выражению Михаила Трофименкова, трупы с улиц Сантьяго 1973 года пускаются в пляс, не меньшая, а даже более действенная пропаганда, чем официозный монументализм лоялистов, упирающих на неолиберальные реформы вождя, при которых "любой может разбогатеть".
Интересно, что подобный опыт позитивной политической рекламы нынче взят на вооружение всеми, а потому размылся. Так же, как и герой этого фильма, вернувшийся в мир коммерческого видео, где так и не получил признания его рекламный ролик безвестной газировки.

Один из немногих просмотренных мною фильмов чилийского производства, и он об их наболевшем. Наиболее известным за пределами страны правителем XX века этой страны был Аугусто Пиночет, в начале 70-х захвативший власть с помощью военного переворота, а в конце 80-х решивший её легитимировать с помощью референдума.

На фоне масштабных политических событий мы видим историю пиарщика, буквально помешанного на агитации за так называемую партию "Нет", т.е. против Пиночета. Используя все возможные технологии, талант, неуемный труд и недооценку соперника от фаворита гонки, молодой человек добивается успеха, но мы так и не узнаем, зачем ему это было нужно.

Сознательно сделав свою стилистику более доступной (потому что как иначе его услышат, в конце концов) и перейдя в гиперреализм Ларраин внезапно добился такого, чего другие режиссеры могут не добиться никогда, хоть всю жизнь так снимай. И вот этот фильм войдет в историю, а Амур — нет. Академия, убейся об стену.

Первые минут 70 этого фильма можно только гадать, почему он мог понравиться американским киноакадемикам, кроме того, что они смогли отметить политическую конъюнктуру в "варварских землях" южнее их собственной страны. Речь ведь идет не только о свершившемся мирном перевороте в Чили, когда в 1990 году был наконец-то свергнут "любимый" диктатор Аугусто Пиночет, который до того правил (официально - президентствовал) чуть меньше 17 лет. Но под давлением мировой общественности (на экране отнюдь не случайно появляется, помимо прочих звезд, американская актриса Джейн Фонда, которая, после замужества с политическим деятелем в 1973 году - кстати, именно тогда Пиночет и захватил власть - Томом Хейденом, развила беспрецедентную для ее статуса политическую активность, даже умудрившись съездить во Вьетнам, когда там еще шли боевые действия; а также снялась в череде значительных для американского кино 70-х годов фильмов, затронувших темы гражданской ответственности) был вынужден открыть референдум, где оппозиционные силы могли раз в день в течение 15 минут высказать свое мнение и объяснить, почему же стоит все-таки проголосовать против Пиночета на предстоящих выборах. Это был лишь маленький толчок, который больше чем через полтора десятка лет начал приводить в движение механизм отмирания тиранического подавления свободы и воли народов в Латинской Америке. В 2006 году умер сам Пиночет, который, между прочим, даже проиграв, оставался на важных государственных должностях, а будучи обвиненным в государственных преступлениях (в том числе - торговле оружием, наркотиками во время своего пребывания у власти), был оправдан. В 2011 году Фидель Кастро делегировал свои полномочия своему брату, сославшись на невозможность выполнять свои обязательства по состоянию здоровья. А буквально через 10 дней после церемонии вручения "Оскара", на которой, все же, "Нет" не получил заветную статуэтку, скончался Уго Чавес, еще один "вечный президент" - на этот раз Венесуэлы. И, конечно же, очень важным и актуальным поднятие данного вопроса в, мягко говоря, скромном и непритязательном в отношении каких-то художественных достоинств фильме является для российских жителей, которые с любопытством следили в прошлом и нынешнем году за вереницей митингов, прошедших по всей России с целью мирного протеста против нынешней власти.

Но самое грустное, что весь этот политический контекст, который был затронут и обозначен в нужное время, начинает вырисовываться лишь в последние минут 20. А до этого происходят бестолковые и невероятно скучные репетиции, съемки и показы по телевидению этих самых 15 минут "мягкой обструкции". Но даже они поданы явно однобоко, без какой-либо интриги, выставляя просто совершеннейшими идиотами политтехнологов власти (а может, так оно и было). А заявленный конфликт главного героя, простого рекламщика, помогающего оппозиционерам, который не так-то обостренно чувствует всю эту драму и необходимость таких радикальных перемен в обществе, потому что сам лишь недавно вернулся из Штатов (то ли обучался, то ли еще что-то), который воспитывает один сына (или только видится с ним на редких свиданиях с разрешения матери, с которой он тоже, вроде, хочет наладить отношения) и подвергается угрозам со стороны власти, находится в настолько зачаточном состоянии, что не способен показать драму одного человека на фоне исторических катаклизмов, как бы подчеркивая тем самым, что трагедии народов как раз и складываются из таких вот маленьких, частных драм.